Т. Л. Шаумян

Урегулирование пограничного вопроса
между Непалом и Китаем

Занимающий важное стратегическое положение в Гималаях, как бы «зажатый» между двумя могущественными соседями и не имеющий выхода к морю, Непал традиционно балансировал между Индией и Китаем. Он пытался сохранить свою независимость от Индии, с которой его связывала языковая близость, культурно-религиозные, экономические и исторические связи, а также бывшая зависимость от Великобритании, хотя Непал и не входил в состав ее колониальной империи. После достижения независимости правительство Индии, учитывая важное "стратегическое положение Гималайского региона с точки зрения обеспечения безопасности страны, приступило к осуществлению мер, направленных на закрепление в договорном порядке тех отношений с гималайскими государствами, которые сложились еще в колониальный период. Подписанный 31 июля 1950 г. индо-непальский договор признавал суверенитет, территориальную целостность и независимость Непала. Договор предусматривал, что оба правительства будут «информировать» друг друга о каких-либо разногласиях, которые могут возникнуть у каждого из них с их соседями. В тот же день состоялся взаимный обмен письмами, в которых указывалось, что каждое государство не допустит угрозы безопасности другому со стороны агрессора, а в случае возникновения подобной угрозы будет принимать эффективные контрмеры.

Еще до подписания договора Непал установил дипломатические отношения с Великобританией, США и Францией. Воспользовавшись сближением Индии с КНР в 1954 — 1955 гг., правящие круги Непала делали все возможное, чтобы укрепить международные позиции страны, в том числе установили дипломатические отношения с Китаем и Советским Союзом и добились принятия Непала в ООН, что способствовало укреплению политической независимости страны и создавало предпосылки для проведения нейтрального курса между Индией и КНР.

Интерес пекинского руководства к отношениям с Непалом усилился после ввода китайских войск на территорию Тибета, в результате которого Китай и Непал пришли в непосредственное соприкосновение вдоль границы общей протяженностью 804,5 км. Через границу осуществлялись традиционные торговые связи, паломники совершали путешествия к святым местам на территории обоих государств.

1 августа 1955 г. было обнародовано совместное непало-китайское коммюнике об установлении дипломатических отношений на основе пяти принципов мирного сосуществования. При вручении верительных грамот королю Непала китайский посол особоподчеркнул наличие общей границы между двумя странами и долгосрочных дружественных отношений.

20 сентября 1956 г. в Катманду было подписано соглашение об установлении дружеских отношений и развитии торговли и прочих связей между Непалом и Китаем, в котором, в частности, подтверждалась возможность для народов обеих стран торговать, путешествовать и совершать паломничества на территориях Непала и Китая, основывать торговые агентства на паритетных началах, определялись условия пересечения границы и пр.

27 сентября 1956 г. премьер-министр Непала Танка Прасад Ачария посетил Китай, и по итогам этого визита 7 октября было подписано совместное коммюнике и соглашение об оказании Непалу безвозмездной экономической помощи на сумму 60 млн. индийских рупий.

В конце января 1957 г. Непал посетил премьер Госсовета КНР Чжоу Эньлай, и в принятом совместном документе вновь было подчеркнуто стремление двух стран развивать дружеские добрососедские отношения на основе принципов мирного сосуществования.

Известные события в Тибете 1959 г., бегство далай-ламы и тысяч тибетских беженцев на территорию сопредельных государств, в том числе и в Непал, резкое усиление китайского военного присутствия в Тибете, нарастающее обострение индийско-китайских отношений в связи с погранично-территориальной проблемой  все это вызвало серьезную озабоченность руководства Непала. Выступая на пресс-конференции 11 августа 1959 г., премьер-министр Непала Б. П. Коирала, в частности, заявил, что Непал впредь не может игнорировать проблему обороны своей северной границы. По его утверждению, до тибетских событий проблемы безопасности северной границы не вызывали в Катманду серьезных опасений. В настоящее время «мы должны беспокоиться о двух границах». Премьер-министр добавил, что обеспечение безопасности северной границы будет стоить дороже, чем южной — с Индией, так как военному персоналу придется платить больше из-за сложных климатических условий высокогорья.

В ходе официального визита в Китай премьер-министра Непала Б. П. Коиралы 21 марта 1960 г. было подписано «Соглашение между правительством КНР и Королевским правительством Непала по вопросу о границе между двумя странами». В преамбуле Соглашения, в частности, указывалось, что стороны «всегда уважали существующую традиционную границу», однако для того чтобы разрешить определенные «несоответствия» в прохождении пограничной линии и произвести «научное описание» и «формальную демаркацию» всей пограничной линии, было решено подписать данное Соглашение, «руководствуясь пятью принципами мирного сосуществования».

В статье первой подтверждалось, что вся пограничная линия должна быть определена на научной основе и формально демаркирована «путем дружеских консультаций и на базе существующей традиционной пограничной линии». С этой целью будет создана совместная комиссия с равным числом представителей от обеих стран. Учитывая, что на отдельных участках границы сохраняются «несоответствия» в подходе сторон, что отразилось на картах, представленных Китаем и Непалом, было решено рассматривать три варианта подхода к проблеме.

1. Участки, где пограничные линии между двумя странами на картах обеих сторон идентичны. На этих участках пограничная линия будет зафиксирована в соответствии с картами, а затем совместная комиссия будет направлена для проведения исследований на месте и установления пограничных столбов. В дальнейшем на этих участках ни одна из договаривающихся сторон не будет заявлять претензий на территорию другой стороны.

2. Участки, где пограничные линии на картах не идентичны, в то время как реальная юрисдикция сторон не вызывает споров. На эти участки будет направлена совместная комиссия для исследований на месте, определения пограничной линии и установления пограничных столбов в соответствии с реальной ситуацией, с учетом географических факторов, таких как водоразделы, долины рек, горные перевалы и др., и реальной юрисдикции сторон.

3. Участки, где пограничные линии на картах не идентичны, и мнения сторон по вопросу «реальной юрисдикции» также различны. На эти участки будет направлена совместная комиссия для исследований на месте «реальной юрисдикции» сторон, с тем чтобы добиться урегулирования на основе принципов равенства, взаимной выгоды, дружбы и взаимного согласия, а затем определить пограничную линию и установить пограничные столбы.

Важным пунктом Соглашения стала статья четвертая, в соответствии с которой стороны договорились не направлять военный персонал в двадцатикилометровые зоны по обе стороны границы, а держать там лишь представителей гражданской администрации и полицию. Таким образом, в момент резкого усиления конфронтации с Индией по пограничной проблеме китайские руководители считали возможным искать пути согласия с Непалом (а также с Бирмой), используя свою готовность в этих случаях искать мирные пути разрешения конфликта, а Индию обвинять в «несговорчивости» и «агрессивности».

Одновременно было подписано еще одно соглашение об оказании Китаем Непалу безвозмездной и «без каких-либо политических условий» экономической помощи на сумму сто миллионов индийских рупий.

Казалось бы, подписание подобного соглашения должно было свести до минимума возможности осложнения пограничной проблемы в двусторонних отношениях. Однако уже 4 апреля 1960 г., т. е. практически через 15 дней, выступая в Катманду на прессконференции, премьер-министр Б. П. Коирала заявил, что Китай претендует на принадлежность ему горы Эверест, что было отвергнуто непальской стороной. Коирала признал наличие незначительных споров по вопросу прохождения границы, однако претензия на Эверест — это новое требование, которое было выдвинуто китайской стороной лишь во время последнего — в последней декаде марта — визита премьер-министра Непала в Пекин. Б. П. Коирала заявил, что новое китайское требование будет обсуждаться во время визита в Катманду Чжоу Эньлая, намеченного на 26 апреля. Он добавил, что китайская сторона утверждает, что название Эверест — английское, и на непальском языке эта гора не имеет названия. Тибетское же название Джомолунгма существует века. Коирала возразил китайским руководителям, что по-непальски эта гора называется Сагарматха, но китайцы утверждают, что это название возникло недавно.

Действительно, проблема высочайшей в мире горной вершины обсуждалась на переговорах Чжоу Эньлая с непальскими руководителями в Катманду. Выступая на пресс-конференции 28 апреля, Чжоу Эньлай утверждал, что проблема горы Джомолунгма (в тибетском варианте) или Сагарматха возникла в ходе переговоров в Пекине при обмене картами, на которых граница была показана по-разному: на китайских картах, составленных на основе китайских исторических свидетельств, гора была обозначена как находящаяся на китайской территории, в то время как непальские исторические свидетельства показывали, что горная вершина находится как раз на пограничной линии. Премьер-министр Б. П. Коирала утверждал, что пик горы находится на территории Непала. В беседе с непальским премьером Мао Цзедун выразил мнение, что при решении этой проблемы можно принять непальскую точку зрения. Таким образом, северный склон горы должен принадлежать Китаю, а южный — Непалу. Далее китайский премьер напомнил, что в ходе переговоров с его непальским коллегой они согласились, что лица, которые хотят подняться на Эверест с севера, должны получать визу в Китае, а с юга — обращаться к Непалу. Таким образом, было достигнуто согласие о том, что пограничная линия будет проходить через вершину Эвереста, однако, как заявил Чжоу Эньлай, речь не идет о «разделе» горы. «Гора соединяет обе наши страны, а не разделяет их». В тот же день, 2 апреля, Непал и Китай подписали Договор о мире и дружбе.

Заявление, сделанное премьер-министром Непала Б. П. Коиралой на пресс-конференции в Катманду позже, 28 мая 1960 г., показало, что непальская сторона по-прежнему считает, что Эверест «принадлежит Непалу и только Непалу». В редакционной статье «Новые примеры мирного сосуществования» китайская газета «Женьминьжибао» писала 30 апреля 1960г., что соглашения по пограничному вопросу, подписанные Китаем с Непалом и Бирмой, свидетельствуют о том, что «необходимо и возможно достичь разумного разрешения сложных пограничных проблем, оставленных историей». Отношение к проблеме урегулирования пограничных вопросов, пишет далее газета, может служить свидетельством того, придерживается ли страна принципов мирного сосуществования или нет. В одном случае сторона не осуществляет дружеских консультаций, а занимает «одностороннюю, несправедливую и неразумную позицию» и пытается оказать давление на другую сторону. Китайское же правительство следует иной линии: оно стремится к дружественным консультациям, к справедливому и разумному решению, приемлемому для обеих заинтересованных сторон.

Создается впечатление, что и в этой статье, опубликованной в момент обострения индийско-китайского пограничного конфликта, Пекин стремился оправдать свою позицию, продемонстрировать свое миролюбие и готовность к переговорам для разрешения пограничных споров как с крупными, так и малыми государствами и еще раз, хотя и косвенно, обвинить Индию в агрессивности и нежелании решать проблемы мирным путем.

26 мая 1960 г. премьер-министр Непала Б. П. Коирала дал интервью корреспонденту журнала «Фар истерн экономик ревью». Естественно, что в разгар индийско-китайского конфликта ему был задан вопрос об отношениях Непала с его двумя великими соседями. Премьер-министр ответил, что Непал всегда стремился к дружбе с обоими своими соседями и придерживается нейтралитета в их споре, однако, как он считает, краеугольным камнем политики Непала в отношении Индии и Китая является «активная дружба», а не «пассивный нейтралитет». Он подтвердил, что в ходе недавних переговоров с Китаем была достигнута договоренность, что, как и в прошлом, стороны будут уважать существующую традиционную пограничную линию и что была создана пограничная комиссия с участием представителей двух правительств, которая займется «научным определением и официальной демаркацией» существующей границы.

И тем не менее общее обострение ситуации вдоль индийско-китайской границы, в первую очередь в районе Тибета, не могло не иметь последствий и для обстановки на тибето-непальской границе.

26 июня 1960 г. китайское правительство информировало непальских послов в Индии и Непале и непальского генерального консула в Лхасе о том, что «банда мятежных бандитов» предпринимает активные вооруженные действия на китайской территории близ границы с Непалом, что не только угрожает безопасности в районе границы, но препятствует «осуществлению Китайско-непальского пограничного соглашения». Речь шла о действиях тибетских вооруженных оппозиционных пекинскому режиму группировок. Для подавления этих выступлений китайские власти приняли решение направить в район границы войска, с тем чтобы «обеспечить спокойствие на границе» и «не нарушить китайско-непальскую дружбу». Они предупредили непальские власти, что военные действия будут вестись лишь в пределах китайских границ, они не будут преследовать мятежников, если те перейдут границу Непала, и после завершения операции отведут свои подразделения за пределы двадцатикилометровой зоны от границы с Непалом, т. е. не отступят от условия Китайско-непальского пограничного соглашения. Однако, согласно сообщениям от 29 июня, на непальской стороне китайско-непальской границы 28 июня произошел вооруженный инцидент, во время которого, согласно непальским данным, китайскими войсками один человек был убит и пропали без вести 17 гражданских лиц. 30 июня премьер-министр Непала Б. П. ирала выразил официальный протест китайской стороне и потребовал немедленного освобождения непальских граждан. В ответном послании от 30 июня Чжоу Эньлай обещал незамедлительно разобраться в ситуации, и если такой инцидент действительно имел место, немедленно освободить пленников. Выступая в непальском парламенте 1 июля, министр внутренних дел страны С. П. Упадхьяй заявил о решении правительства укрепить оборону границ, так как никакая дружба не может быть важнее, чем «наша независимость, и ради дружбы мы не можем жертвовать нашей независимостью». Он опроверг «пропагандистские заявления» о том, что сообщение о китайском нападении пришло с «индийских контрольных пунктов», и заявил, что на территории Непала нет ни одного индийского контрольного пункта. Непальская сторона потребовала выдачи тела убитого чиновника и освобождения захваченных в плен и оставила за собой право на получение компенсации.

В письме на имя Б. П. Коиралы от 2 июля 1960 г. Чжоу Эньлай подробно информировал его о случившемся и разъяснил, что 28 июня подразделение Народно-освободительной армии Китая «преследовало тибетских мятежников» в районе китайско-непальской границы. В этот момент перед ними появилась группа всадников, которых военные приняли за «тибетских бандитов» и открыли по ним огонь, в результате чего был убит один человек и десять захвачены в плен. Остальные всадники из 17 встреченных успели убежать. Только после этого, как пишет Чжоу Эньлай, китайцы обнаружили, что атаковали не тибетских «бандитов», а непальцев. Далее китайский премьер утверждал, что на картах, которыми обменялись китайская и непальская стороны, пункт, где произошел этот инцидент, находится на китайской территории, что должно было означать, что китайские военнослужащие не нарушили непальскую границу. Китайский лидер обвинил в инциденте низшие чины китайской армии, выразил глубокое сожаление в связи со случившимся и соболезнование в связи с гибелью одного человека. Было обещано, что пленные будут освобождены, а тело убитого возвращено на родину.

В ответном послании В. П. Коиралы Чжоу Эньлаю от 6 июля выражен решительный протест в связи с нарушением китайской стороной условий Китайско-непальского пограничного соглашения и требование, чтобы китайский персонал немедленно покинул демилитаризованную зону. Утверждалось также, что инцидент произошел не на китайской, а на непальской территории. 12 июля Чжоу Эньлай еще раз выразил сожаление о случившемся и заявил, что китайские власти выполнят все требования непальской стороны о компенсации, однако продолжал настаивать на том, что инцидент произошел не на непальской, а на китайской стороне границы. Китайский премьер подчеркнул необходимость для предотвращения подобных инцидентов в будущем совершенствовать систему коммуникаций и завершить определение и демаркацию границы между двумя странами. В ответ Б. П. Коирала еще раз подтвердил уже приведенную точку зрения непальского правительства.

12—26 октября 1960 г. в Катманду состоялось первое заседание совместной китайско-непальской комиссии по пограничной проблеме. После обсуждения процедурных вопросов стороны договорились направить на те участки, где сохранялись разночтения по поводу прохождения пограничной линии, объединенные исследовательские группы для изучения ситуации на месте и принятия необходимых решений, а также договорились о местах расположения исследовательских пунктов вдоль всей линии границы.

С 18 января по 15 февраля 1961 г. в Пекине происходило второе заседание совместной комиссии, в ходе которого стороны констатировали достижение общей договоренности о прохождении пограничной линии на карте и о разрешении некоторых спорных моментов при ее определении. Была одобрена деятельность совместных исследовательских групп и принято решение о продолжении их деятельности. Обсуждался также вопрос о подготовке проекта нового текста пограничного соглашения с учетом уже проделанной совместной работы.

В ходе пребывания короля Непала Махендры в Пекине 5 октября 1961 г. был подписан Китайско-непальский договор о границе, подготовленный на базе Соглашения о границе от 21 марта 1960 г.

В преамбуле нового договора, в частности, указывалось, что делимитация всей линии границы между двумя странами и превращение ее в границу «мира и дружбы» не только станет «краеугольным камнем» отношений между Китаем и Непалом, но и внесет важный вклад в укрепление мира в Азии и во всем мире. В тринадцати пунктах статьи первой Договора была самым подробным образом описана установленная пограничная линия с упоминанием названий и высоты над уровнем моря горных хребтов и перевалов, рек и водоразделов, мостов, дорог и населенных пунктов. В статье третьей было заявлено, что стороны должны установить постоянные пограничные столбы и указать их местоположение на карте. Соответствующий протокол будет приложен к тексту данного договора.

Наконец, четвертая статья утверждала, что любые возникающие споры по поводу границы будут разрешаться двумя сторонами путем дружеских консультаций.

Обе стороны высоко оценили подписанный договор. Особую удовлетворенность выразил король Махендра, выступая в Катманду на гражданском приеме, в связи с тем, что Непал фактически присоединил к своей территории 300 кв. миль (около 500 кв. км), и высочайшая в мире гора Сагарматха (Эверест) осталась в пределах непальской территории. Важным дополнением к Договору стало соглашение об оказании Китаем помощи в сооружении участка высокогорной многоцелевой современной стратегической шоссейной дороги Лхаса — Катманду. Следует добавить, что Индия приняла участие в строительстве участка дороги от Катманду до Кодари на индийской границе.

В августе 1962 г. состоялся обмен нотами между Китаем и Непалом, в которых был определен порядок выпаса скота и обработки земель местным населением приграничных районов.

Выступая на приеме в посольстве Непала в Пекине 6 октября 1962 г. по случаю первой годовщины подписания Договора о границе, министр иностранных дел КНР Чен И акцентировал внимание на том, что каким бы сложным не представлялся пограничный вопрос, он всегда может быть разрешен путем дружеских консультаций на основе равенства и взаимной выгоды, примерами чему могут служить договора Китая с Непалом и Бирмой.


Источник: China-South Indian Relations. Edited by R. K. Jain. Radiant Publishers, New Delhi. 1981, vol II, c. 287 — 367.


© Государственный институт искусствоведения, 2001
© Институт востоковедения РАН, 2002